Бешеная стая

В нашем кусото творится много разного и разнообразного. И хорошего и плохого. Ты верно склонен думать, что я буду рассказывать тебе о добре и благородстве, мой юный маленький и вкусный друг? Увы, нет! Всегда помни, что мы тролли! И мы не знаем слов добро и благородство! Эти слова придумали люди, которые с этими же словами уничтожили наш мир. Со словами «любовь» они вырубали наши Леса под корень, со словами «дружба» они убивали беременных медведиц и лисиц, со словами «благородство» осушали бескрайние для нас болота, со словами «мудрость» меняли ход рек. И поэтому теперь мы живем лишь в сказках.  
 
 У нас есть одни молодые веселые тролли – верные приближенные нашего конунга Борея Уссурийского Клыка. Они ратники его дружины. И их трое: Джар, Ловэки и Аргунь. Это безбашенные и остервенелые создания, и они всегда ходят вместе. Сами себя друзья называют Бешенной стаей. Вскоре так их стали называть и все остальные в нашей округе.
 Название их кружка по интересам не случайно. Характер троллей очень не уравновешен и на это есть свои причины. Когда рождался Джар, его мать была сильно пьяна. А отец вообще никогда трезвым не был. Поэтому, как только Джар появился на свет, с ним тут же приключилась беда. Не может быть лада в доме у пьяных родителей, запомни это, мой юный читатель! Отец тролля побежал хвастаться сыном на улицу, но споткнулся о табуретку и уронил  новорожденного в котел с кипящим супом. Джар едва успев родиться, а уже чуть не сварился заживо! Поэтому он очень нервный, побаивается открытого огня, а все тело у него покрыто страшными ожогами, рубцы от которых рвались и трескались, когда он рос.
 Ловэки тоже не прост. Будучи еще совсем юнцом, он как-то раз зимой решил напугать спящего в сугробе кабана. Подкрался к нему сзади, да как засадил пенделя тому под зад и давай диким смехом заливаться! Думал, что хряк с визгом удерет в чащу. Да ошибся наш Ловэки... Хряк тот серьезным и авторитетным секачем оказался. Молча поднялся, развернулся, со злобной тоской окинул беднягу-тролля да так поднял его на свои клыки, что бабушка Хе весь вечер и весь следующий день штопала ему живот своими седыми волосами.
 А Аргунь так вообще самый сумасшедший, то и понятно, ведь на его долю выпало самое тяжкое испытание. Он тоже по молодости искал приключений и как-то раз поспорил с компанией не самых лицеприятных соек, что сможет за день достать столько овса, что хватит на целую семью мышовки-пеструшки Мази (а семья у мышовки Мази довольно большая: 43 мышонка!). До полей, где растет овес, было довольно далеко и тролль пять дней добирался до туда. Но подбираясь к самому полю, его увидели люди-крестьяне, которые недавно пришли в эти земли. Схватив вилы и топоры, они накинулись на Аргуня, избили и связали его. А местный священник, узнав про это, приказал отрезать нечистивой твари (как он назвал нашего брата) язык и посадить на кол. Сойки, которые по условию спора должны были наблюдать, как тролль будет собирать овес, и летели с ним рядом, естественно всполошились и помчались рассказывать о беде к нам в кусото. Борей, узнав про переделку, в которую попал его молодой ратник, тут же отправился с дружиной ему на выручку, да чуть-чуть не успел. Когда отважные тролли в смазанных кабаньим жиром кольчугах гнали людей прочь из деревни, Аргунь лежал связанным у остро заточенного кола и мычал. Все его тело было исполосовано ножом, изо рта лилась рекой кровь, а рядом лежал язык… Люди изрядно помучили его перед этим. Справедливости ради стоит сказать, что заточенный кол все же пригодился. На него насадили как раз того деревенского священника. Аргунь лично сперва разрезал тому ножом задницу, а потом насадил на толстое деревянное острие. Да так, что оно со свистом вылетело изо рта христианина. Не точи кол на тролля, сам же на него попадешь!
 Так что наши три неразлучных друга натерпелись несчастий, это их и сплотило вместе. В кусото их считают не совсем здоровыми и слегка опасаются. Все они настолько непредсказуемы и неуправляемы, что даже конунг наш не всегда берет их в поход. Сумасшествие и бешенная ярость – далеко не главный помощник в битве.
 А соек тех, кстати, Аргунь потом живьем запек в углях и съел.